• Что привело жителя Воронежской области к джихаду

    Острогожский райсуд Воронежской области приговорил 18-летнего студента к году колонии общего режима за пособничество в финансировании исламского терроризма. Он помогал старшему брату, который воюет в Сирии, получить деньги на джихад. Случай, в общем-то, уникальный для русского региона с сильным православием.

    Старший брат 18-летнего парня, которого суд Острогожска приговорил к одному году лишения свободы, принял ислам несколько лет назад. Затем он отправился в Татарстан, где, видимо, прошел курс молодого бойца, скажем так, и стал вести борьбу с неверными, а уже оттуда уехал воевать в Сирию. Но с братом через социальные сети общаться не переставал. Тот знал о взглядах и вере своего отправившегося на войну близкого родственника. Как установил суд, находясь в Сирии, мужчина попросил младшего брата, на тот момент 17-летнего, то есть несовершеннолетнего, завести QIWI-кошелек, чтобы собирать деньги на джихад. Юноша открыл на платежном сервисе кошелек на свой номер мобильного. Просьбы перевести деньги в соцсети «В.Контакте» были размещены на страницах с названиями «Бородатая смерть» и «Антипруф» («Против неверных»). Пользователи перевели свыше 7 тыс. рублей. Младший брат высылал в переписке коды, чтобы старший смог снять деньги. Но представители ФСБ отследили сбор средств и заблокировали QIWI-кошелек. А острогожский студент, который получает профессию медбрата, попал под следствие как пособник в финансировании терроризма.

    По рассказам гособвинения, поначалу юноша признавал вину, но в суде отказался от своих показаний. Он стал утверждать, что просто выполнил просьбу старшего брата и не знал, что тот террорист. Заявил, что себя приверженцем ислама не считает. Поэтому суд решил, что исправление невозможно без изоляции от общества. Отсюда - год колонии. Тем временем чекисты Татарстана расследуют против старшего брата уголовное дело об его участии в незаконных вооруженных формированиях (само собой, он находится в международном розыске), а их воронежские коллеги - о финансировании терроризма и вовлечении в преступление несовершеннолетнего.

    Несмотря на то что братья происходят от смешанного брака, случаи, когда русские принимают ислам, разумеется, все же бывают. Многим воронежцам памятна серия терактов на остановках общественного транспорта в Воронеже в начале 2004 года, которую организовал Максим Понарьин. Чекисты задержали его в областном центре в 2005-м вместе с подельником Тамбием Хубиевым. В результате он был приговорен к пожизненному заключению. А история Понарьина такова. Родился он в Будапеште в семье военнослужащего. После вывода советских войск из Венгрии семья Понарьиных переехала в Ростовскую область. Там Максим Понарьин и связался с ваххабитами. Под их влиянием он принял ислам и отправился в Чечню, где прошел спецподготовку в лагере известного террориста Абу-Дзейта (Маленького Омара, Абу-Омара Кувейтского). Потом его приняли в славянскую группу карачаевского джамаата, которым руководил Ачимез Гочияев. Следствием было установлено, что с 1999-го по 2002 год Понарьин принимал участие в боевых действиях в Чечне. В частности, он входил в группу, совершившую нападение на колонну пермского ОМОНа и псковских десантников. Затем по заданию одного из лидеров бандформирований Идриса Глоова в конце 2003 года Максим Понарьин прибыл в Воронеж, где организовал и провел серию взрывов на остановках общественного транспорта. Согласно показаниям арестованного, в общей сложности планировалось совершить 15 терактов. Указания о проведении взрывов Понарьину давали лично Глоов и амир карачаевского джамаата Николай Кипкеев.

    Естественным образом на исламизацию русских оказывает влияние отсутствие у них государствообразующего статуса. Русские националисты неоднократно заявляли, что господствующий в стране дискурс о капле нерусской крови, делающий человека нерусским (характерный пример - «Пушкин - негр»), приводит к тому, что русская идентичность становится исключающей. Русским быть невыгодно хотя бы потому, что русскость не сулит преференций. В то время как у многих народов России есть свои государства (нацреспублики), защищающие их интересы, русских нет ни в Конституции РФ, ни в Стратегии государственной национальной политики. В нерусских регионах русские часто лишены того, что имеют в русских, ущемлены.

    На днях группа общественных деятелей из национальных республик (Татарстана, Башкирии, Бурятии, Коми), обратившись к президенту Владимиру Путину, премьеру России Дмитрию Медведеву, другим чиновникам и политикам, забила тревогу относительно того, что тамошних школьников вопреки их желаниям и потребностям, а также независимо от наличия или отсутствия языковой среды принуждают изучать государственный язык той или иной республики. Учебные планы в школах утверждены с сокращенным (лишь с базовым уровнем) изучением русского. Но русский язык, справедливо настаивают общественники, нужно преподавать как родной по всей территории нашего государства вне зависимости от субъекта. Кроме языка необходима государственная поддержка русской культуры и специальные государственные программы для ее развития и популяризации. Во многом именно в недостатках российской национальной и образовательной политики - корни сепаратизма и радикальной исламизации. В подавляющем большинстве случаев исламскими террористами эрефовского происхождения (или сочувствующими им) становятся выходцы с Северного Кавказа, мигранты из Центральной Азии и Азербайджана. Свежий пример - недавнее обвинение, которое управление ФСБ по Липецкой области предъявило местному жителю, выходцу из Азербайджана и талышу по национальности Гачаю Таги-оглы Гаджиеву. По версии правоохранительных органов, вырученные от продажи яблок деньги он направлял суннитской группировке «Воины Великой Сирии» («Джунд аш-Шам»).

    Исламский терроризм, свивший себе гнездо в Ираке и Сирии, представляет собой очевидную угрозу безопасности России. Не меньшую, а, по многим экспертным оценкам, даже большую, чем украинский сепаратизм (и он же нацизм). И дело не только в том, что в социальных сетях не раз и не два появлялись видеоролики с приветом от Халифата, в которых исламисты обещали начать войну против России, «освободить Чечню и весь Кавказ», а также «с милостью Аллаха обрушить трон Владимира Путина». Дело еще и в том, что международные террористические организации активно вербуют в свои ряды иностранцев, естественно, и граждан РФ, что видно как на острогожском, так и на липецком примере. Для его спонсоров терроризм - сугубо практичное дело, ну а молодежь в него вовлекают на идеологической основе, умело оперируя разговорами о высоких материях, Аллахе, рае, пользуясь неустойчивой идентичностью. Некоторые ведутся, не могут выехать в Ирак или Сирию, но начинают содействовать старшим братьям и знакомым, например, в организации электронных кошельков для сбора денег, не всегда отдавая себе отчет, что совершают преступление. Отечественные спецслужбы жестко контролируют ситуацию, проводят мониторинг, выявляют участников международных террористических организаций и их пособников. Но надо понимать, что противник у них серьезный. Как указывает президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов, в значительной мере исламизм является на территории нашей страны инструментом американской и британской внешней политики. «Исламизм - наиболее сильная интегральная антироссийская идеология, которая присутствует непосредственно в российском обществе, - отмечает Ремизов. - Единственное, что может, должно и старается делать государство - проводить демаркационную линию между исповеданием ислама, с одной стороны, и исламизмом как политической доктриной и политической идеологией - с другой. С исламизмом как политической идеологией никаких долгосрочных компромиссов быть не может».

    По данным ФСБ, на Ближний Восток уехало воевать до 1,7 тыс. граждан России. Но, по мнению эксперта того же Института национальной стратегии Раиса Сулейманова, официальная цифра, скорее всего, немного занижена. «Впрочем, и такая численность красноречиво говорит о масштабе распространения ваххабизма в РФ, - уточняет Сулейманов. - А ведь все уехавшие на Ближний Восток жили в нашей стране рядом с нами. Они взяли оружие в руки по религиозным причинам. Соответственно, есть огромная опасность возможности их возвращения обратно домой (тем более что такие факты уже фиксируются). Между прочим, Россия сейчас напоминает страны Европы: там тоже мигранты из мусульманских стран, приезжая в Евросоюз на проживание, затем отправляются воевать за Халифат».

    «Людей манит в Халифат идея, - говорит Раис Сулейманов. - Некая заветная мечта - построение идеального, с их точки зрения, государства и общества. Люди готовы жертвовать своей жизнью ради ее воплощения. Тем более они убеждены, что их борьба окупится для них попаданием в рай. Светским людям, привыкшим мыслить рационально, зачастую крайне сложно понять мотивацию людей, которые готовы ради идеи бросить свои дела, родных и близких, и добровольно отправиться воевать в другую страну. Но такова реальность. Люди, поехавшие в Сирию и Ирак, полагают, что там они смогут реализовать свои представления об идеальном обществе и справедливости, даже если такое сопровождается массовыми казнями людей, разрушением памятников искусства и так далее. Понятно, что наивно так полагать, но сравните: едут же в Донецк и Луганск добровольцы из России. Что их туда толкает? А ровно то же самое - идея. Они едут туда воевать не за деньги. Их толкает на опасную поездку желание бороться за Русский мир, за русскую цивилизацию, за справедливость. Конечно, справедливость в том виде, как они ее понимают. Другое дело, что те, кто воюет в Новороссии, - воюет в интересах России, а вот те, кто поехал воевать в Сирию и Ирак, - воюет против наших интересов».

    Reply Follow